Павел Сюткин (p_syutkin) wrote,
Павел Сюткин
p_syutkin

Category:

Она была первой!

«Колобок», «Волк и коза», «Кот, лиса и петух» - кто из нас еще с детского сада не знает этих сказок? А задумывался ли кто-нибудь о том, откуда они взялись. Ну, понятно, что это фольклор, народное творчество. Но все-таки кто впервые записал их? Между тем, их  автором является Екатерина Авдеева. Именно ей принадлежит заслуга отбора и литературной записи этих сказок. Они впервые вошли в ее книгу «Русские сказки для детей, рассказанные нянюшкою Авдотьею Степановною Черепьевою» (СПб., 1844). Впрочем, известна Е.Авдеева  нам другим – первой в России написанной женщиной кулинарной книгой.
Авдеева

Екатерина Алексеевна — старшая сестра известных русских писателей и журналистов Николая и Ксенофонта Полевых. Родилась она в ноябре 1789 года в Курске в небогатой купеческой семье. В раннем детстве вместе с родителями переехала в Иркутск. По воспоминаниям родственников, больше других детей находилась под влиянием матери. Впрочем, это понятно, – старшая девочка в семье, надежда и опора матери, ее помощница во всех домашних делах. Она была ближе ей, переняла от нее умение вести хозяйство, воспитывать детей, принимать гостей. Знала обычаи, нравы, религиозные обряды[1].

Детство в купеческом доме с ясным пониманием роли женщины, ее обязанностей по поддержанию благополучия в семье заложили основу отношения к жизни. В 15 лет она вышла замуж за Петра Авдеева. Впрочем, счастье было недолгим. Прошло 11 лет и муж умирает, оставив Екатерину Алексеевну в 26 лет с пятью детьми. Она больше не выходила замуж, но, несмотря на все трудности, всегда оставалась «якорем» для своих братьев.

Их судьба, кстати, заслуживают отдельного слова, что необходимо для понимания того, как складывалась жизнь Екатерины. Брат Николай родился в 1796 году, когда сестре было 7 лет. В 1820г. уехал в Москву, всецело занявшись литературой. Через несколько лет по протекции князя Вяземского начал издавать знаменитый «Московский телеграф». Активно включившись в окололитературные интриги тех лет, Николай действовал весьма рискованно, не признавая авторитетов, а наоборот, поддерживая тех, кто был ему симпатичен и близок по духу. Так, с самого начала Полевой стал на сторону Пушкина и провозгласил его «великим поэтом» и «гениальным человеком». В обширной статье, посвященной Державину, он впервые дал прекрасную характеристику этого поэта.
Николай Полевой

«Но нет возможности, — писал Белинский, — пересчитать все авторитеты, уничтоженные им». Одной из жертв его критики стал Карамзин. «У патриотически настроенного историка, — отмечал он, — даже варвары являются облагороженными, мудрыми, художественно развитыми только потому, что Рюрик, Святослав — русские князья».

В 30-х годах XIX века общественное мнение такую точку зрения не поддержало. Безрассудные высказывания в отношении Карамзина, пользовавшегося высочайшим расположением, не могло пройти безнаказанным. И тут уж Полевому припомнили все его выступления. Каждый задетый им литератор считал своим долгом пнуть зарвавшегося критика. Даже Пушкин открыто возмутился пассажами в отношении Карамзина: «Уважение к именам, освященным славою, … есть первый признак ума просвещенного. Позорить их дозволяется токмо ветреному невежеству»[2].
Мицкевич и Пушкин

В общем обычные для России поиски внутреннего врага в очередной раз увенчались успехом. Министр народного просвещения Уваров прямо говорил, что «если Полевой напишет даже «Отче наш», то и это будет возмутительно». Вскоре возник и повод для расправы. Рецензия Полевого на драму Кукольника «Рука всевышнего отечество спасла» была признана неблагонамеренной только потому, что называла неудачным литературным произведением драму, удостоившуюся высочайшего одобрения.

Рядом с Николаем уже тогда находился его брат Ксенофонт. Он начал помогать старшему брату еще, когда тот приступил к руководству «Московским телеграфом». Почти вся черная работа по изданию журнала и деловая переписка лежали на нем. И после наступления трудных времен, закрытия «Телеграфа», когда от Николая отвернулась вся официальная общественность, Ксенофонт по возможности помогал ему.

Помощь же была нужна. Покинутый всеми, не встречая ни у кого поддержки, нередко нуждаясь буквально в куске хлеба, Николай до самой последней минуты не переставал работать. В течение 8 лет он написал около 40 драм, которые имели успех на сцене, но встретили полное осуждение со стороны критики. Лишь после его смерти в 1846 году его наиболее беспощадный критик, Белинский, в теплой статье реабилитировал Полевого, назвав его «одним из замечательнейших деятелей русской литературы»[3] .

А что же Екатерина? Она тяжело переживала смерть мужа, затем в 1822 году — отца, опалу брата. Может быть, стремясь отвлечься, забыть эти невзгоды, она начинает понемногу писать. Сначала для себя. Потом, осознав, что получается и вызывает одобрительные отзывы, — начинает публиковать свои записки. Первый труд Авдеевой «Записки и замечания о Сибири. С приложением старинных русских песен» (М., 1837) был тепло встречен читателями. Критики отмечали наблюдательность автора, ее глубокое знание патриархального народного и купеческого быта, ясность и выразительность языка.
Авдеева-цитата 1

Не случайно уже после публикации этого произведения Авдееву стали называть первой сибирской писательницей. Этнографический характер носят и ее «Записки о старом и новом русском быте» (СПб., 1842) с предисловием Н. Полевого, высоко ценившего личность сестры и признававшего за ней несомненные литературные способности. Русские обычаи (обряды свадеб, похорон, крестин, поминок), нравы, суеверия и предрассудки, картины быта описаны Авдеевой живо и подробно. Логичным следствием интереса к быту и этнографии стало изучение кухни и национальной кулинарии.
Капустка

Перу Авдеевой принадлежат несколько кулинарных книг и изданий для домохозяек:
 «Ручная книга русской опытной хозяйки» (СПб., 1842),
 «Руководство для хозяек, ключниц, экономок и кухарок» (СПб., 1846), «Карманная поваренная книга» (СПб., 1846),
 «Полная хозяйственная книга» (СПб., 1851),
 «Ручная книга русского практического хозяина и русской практической хозяйки» (СПб., 1858).

Наиболее монументальным трудом здесь являлась именно «Ручная книга русской опытной хозяйки», в которой были собраны не только рецепты русской и сибирской кухни, но и разнообразные советы, как организовать хозяйство, обустроить кухню. Эта книга только при жизни писательницы была переиздана 8 раз.

«Книга моя – образец не для хозяйства вельмож и богачей, но для домашнего быта моих добрых соотечественников», — писала Екатерина Алексеевна в предисловии к своему труду. Однако, современная Авдеевой критика очень по-разному отнеслась к ее творчеству. И если ее этнографические очерки в целом были приняты положительно, то кулинарные и хозяйственные работы – имели очень разноречивую реакцию. Так, журнал «Отечественные записки» пишет с нескрываемой симпатией: «г-же Авдеева приобрела в русской кухонной литературе первое место после русского Карема – доктора Пуфа… Сочинение г-жи Авдеевой написано очень приятным, лакомым слогом и снабжено предисловием, в котором даже есть  в некотором роде философия, - конечно, кухонная, но это самая здоровая и безвредная философия»[4].

Более же «прогрессивный» издаваемый Н.Некрасовым «Современник» отзывался с известным скептицизмом[5]:
Современник


Я часто задаю себе вопрос: «Ну, ладно. Вот Тарковский написал не очень понятные и намеренно грубые слова про Молоховец. Вот безымянный критик резко отозвался об Авдеевой. Вот И.Гончаров пренебрежительно упомянул русского гастронома Игнатия Радецкого».
– И что же осталось  в истории? Чье имя сейчас более известно у публики? Тарковского или Молоховец? Какая книга более популярна – «Мильон терзаний» или «Альманах Гастрономов»? И что осталось от безымянных и анонимных «блогеров» тех лет, пописывающих ради  прокорма семьи разгромные статейки в журналах и газетках?

– А ничего не осталось! Пыль и тлен. А в истории навсегда сохранятся великие слова Екатерины Авдеевой:

«Пройдет еще несколько десятков лет, и не останется следа старины, но почему не сохранить нам памяти своих родных преданий, событий и быта русского... Мы ищем у иностранцев описание России, а не пользуемся своими родными источниками. Руководимая истинной любовью к Отечеству, я приношу только ему свой бедный лепт».





[1] Многие материалы о жизни Екатерины Авдеевой сохранились благодаря открытому в 1997 году в Иркутске «Гуманитарному центру - библиотеке имени семьи Полевых». На его сайте можно также ознакомиться с историей этой богатой на таланты семьи.
[2] Пушкин А.С. История русского народа // Пушкин А.С. Полн. собр. соч.: В 10 т. Т.7. Л., 1978. С.94.
[3] В.Белинский. Николай Алексеевич Полевой. СПб., 1846.
[4] Отечественные записки. СПб, 1846. Том XLVII. С. 68.
[5] Современник. СПб., 1851. Том ХХХ. Отд V. С.60.
Tags: Екатерина Авдеева, История русской кухни, лица русской кулинарии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 41 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →