Много жрать вредно

Эта простая истина не раз приходила в голову нашим соотечественникам. Впрочем, каждый раз они пытались найти другие причины «вредности». Не задумываясь, что именно излишество в еде – основа многих бед.

Апоплексический удар. Читая русскую классику, не раз можно встретить эту фразу. Эпидемия смертей «от апоплексического удара» просто поразила русскую знать в конце XVIII- начале XIX века. Да и позже этот недуг не раз встречается даже в литературе, нашей и зарубежной. Именно о том, почему русская знать умирала за столом, я и рассказываю в новой серии нашего с Ольгой Сюткиной видео-проекта «Русская кухня: непридуманная история»:

А что до литературы, то вот почитайте: 

«Капельмейстер был действительно дурной человек. Когда его выгнали, он совершенно унизился, стал ходить по деревенским трактирам, напивался… Наконец, капельмейстер умер скоропостижно. Его нашли поутру крестьяне во рву, у плотины. Нарядили следствие, и вышло, что он умер от апоплексического удара» (Достоевский Ф.М. Неточка Незванова).

«Почему вы не остаётесь на своём острове, почему не можете, объевшись йоркширским пудингом, умирать от апоплексического удара у себя на родине? (Э. Д. Бульвер-Литтон, Пелэм, или Приключения джентльмена, 1828).

«Надворный советник Семен Петрович Подтыкин сел за стол, покрыл свою грудь салфеткой и, сгорая нетерпением, стал ожидать того момента, когда начнут подавать блины... Перед ним, как перед полководцем, осматривающим поле битвы, расстилалась целая картина... Посреди стола, вытянувшись во фронт, стояли стройные бутылки. Тут были три сорта водок, киевская наливка, шатолароз, рейнвейн и даже пузатый сосуд с произведением отцов бенедиктинцев. Вокруг напитков в художественном беспорядке теснились сельди с горчичным соусом, кильки, сметана, зернистая икра (3 руб. 40 коп. за фунт), свежая семга и проч. 

Подтыкин глядел на все это и жадно глотал слюнки... Глаза его подернулись маслом, лицо покривило сладострастьем... 

- Ну, можно ли так долго? - поморщился он, обращаясь к жене. - Скорее, Катя! 

Но вот, наконец, показалась кухарка с блинами... Семен Петрович, рискуя ожечь пальцы, схватил два верхних, самых горячих блина и аппетитно шлепнул их на свою тарелку. Блины были поджаристые, пористые, пухлые, как плечо купеческой дочки... Подтыкин приятно улыбнулся, икнул от восторга и облил их горячим маслом. Засим, как бы разжигая свой аппетит и наслаждаясь предвкушением, он медленно, с расстановкой обмазал их икрой. Места, на которые не попала икра, он облил сметаной... Оставалось теперь только есть, не правда ли? Но нет!.. 

Подтыкин взглянул на дела рук своих и не удовлетворился... Подумав немного, он положил на блины самый жирный кусок семги, кильку и сардинку, потом уж, млея и задыхаясь, свернул оба блина в трубку, с чувством выпил рюмку водки, крякнул, раскрыл рот...  Но тут его хватил апоплексический удар (А. П. Чехов. Апоплексический удар. 1886)

«Гений, прикованный к чиновничьему столу, должен умереть или сойти с ума, точно так же, как человек с могучим телосложением при сидячей жизни и скромном поведении умирает от апоплексического удара» (Лермонтов М.В. Герой нашего времени, Княжна Мери).

«Медицинское следствие обнаружило апоплексию, происшедшую от купания сейчас после плотного обеда, с выпитою чуть не бутылкой вина (Достоевский Ф.М. Преступление и наказание).

Между тем, задумаемся. Что такое апоплексический удар? – Так в те времена назывался инсульт. Который во многом является следствием неправильного питания – жирного, насыщенного, несоответствующего образу жизни.

В традиционном средневековом обществе признаком достатка, обеспеченности были всегда мясо и рыба – «богатый стол». А, наоборот, к крестьянской кухне, которую сегодня рассматривали бы как здоровую и витаминную, относились пренебрежительно. 

Получалось так, что богатые люди сами лишали себя здоровой еды и предпочитали жирную по сегодняшним меркам пищу, потому что она была признаком достатка. Неожиданное следствие этого проявилось уже в XVIII веке, когда русскую знать поразила эпидемия этих самых «апоплексических ударов», то есть инсультов.

Почему? Все просто. С одной стороны, изменился образ жизни аристократии, он стал дворцовым и малоподвижным, а пища-то осталась прежней: жирной и обильной, которая не успевала «сгореть». Сами посудите, одно дело проскакать после плотного завтрака с бараньей ногой и студнем 20 верст, гоняясь за зайцем на охоте. 

А другое — сесть поутру в карету и потом чинно заседать до вечера на ассамблее.

Поэтому переход к облегченной, «офранцуженной» кухне для русской аристократии явился еще и неосознанным залогом выживания.

Впрочем, хорошая диета помогала далеко не всем. Как известно из официальной версии, даже хорошо и изящно питавшийся император Павел I скоропостижно скончался именно «от апоплексического удара». 

Как добавляли злые языки, «... табакеркой в висок».


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded